Утро, по традиции уже, выдалось ранним. В начале восьмого мы мирно катили по пустой дороге в сторону здорово удаленного храма из "большого Ангкора", то есть группы достопримечательностей, разбросанных, вроде Золотого Кольца, на расстояниях, измеряемых десятками километров. Поехать туда предложил наш водитель, а мы согласились и ничуть не пожалели: почти безлюдный, совершенно настоящий маленький монастырь на отшибе успокаивает, озадачивает и навевает мысли о бренности всего сущего. Знакомая архитектура призвана не то чтоб защищать стены от врагов, скорее препятствовать мыслям обитателей обращаться к миру, а не к небу. Монастырь, судя по всему, был в свое время женским - и по изяществу украшений, и по тому, как хорошо и непринужденно чувствуют себя там женщины и как нервно и несколько неуютно - мужчины. После прогулок по монастырскому саду захотелось есть, еще бы - со вчера не было во рту ни крошки. В окрестности, кроме неизбежного рынка с тряпочками, картинами и корзинами, расположился пруд "для фотографирования птичек" с окружающими его под навесами скамьями, музейной экспозицией об истории раскопок этого храма, и небольшим кафе по-вьетнамски. В кафе и позавтракали, очень прилично, и выпили "кофе-по-вьетнамски" - заваренный над фильтром в небольшом металлическом (размером с кофейную чашку) стакане с дырявым дном, но с крышкой. Кипяток просачивался сквозь кофе с пряностями на дне стакана и в конце концов заварился необычайно вкусным напитком. Из экспозиции выяснилось, что раскопки и реставрации храмов Ангкора начались в промышленных масштабах в 20-30е годы. Ох и немало же тогда утекло исторических и культурных ценностей в милую Францию (начальник раскопок был француз, как и вся страна - она носила имя "Французского Индокитая" и включала в себя здоровый кусок Таиланда, Вьетнам, Лаос и Бирму, кроме нынешней Кампучии).
Со стоянки путь наш лежал обратно - через кучу самых что ни на есть обычных деревенек, где пасутся коровы и куры, у дорог устроены рыночки с корзинками и сьестным, и где живет персонал "столицы мира". Навстречу сплошным потоком двигались автобусы, машины, велосипедисты, и целые караваны туктуков, везущие организованные китайские (судя по производимому ими шуму) группы. В следующем пункте нашего путешествия мы отправились лазить по пирамидам маленького храма на углу тропы и озерка, сочтя его ступени более приспособленными для ходьбы, чем в Та Кео.Действительно, на них хотя бы ногу можно было поставить. И еще отличительная особенность этого храма - много зелени в его башнях и стенах. Она растет там как нарочно посаженная, такими небольшими аккуратными кустиками по всей поверхности купола башен. Очень живописно.
Кстати о живописи. Жуткое количество живописных работ и самих живописцев наблюдается в городе, Ангкоре и окрестностях - я лично сбилась со счета на восьмом живописце, сидящем на очередном камушке в храме "расхитительницы гробниц", а уж лавок с этими произведениями просто несть числа, они везде. Причем ужасность их поражает: строгие, изысканные, величественные прототипы - и аляповато-безумная мазня на холстах и картонах. Или, может быть, художники просто так видят? Еще бы не навязывали своих взглядов :)
Следующий храм - соседей Та Пром ("расхитительницы гробниц", как тут любят его называть в память о нежно и всенародно любимой Анджелине Джоли). В нем другая фишка - не растения, но маленькие уютные внутренние дворики, в которых удобно сидеть и сплетничать, или смотреть из окон представления (на одного-двух актеров, камерные такие), или собираться и учинять какие-нибудь милые безумства небольшими группками - театрально-закулисные, в общем, вызывает это место ассоциации. Да, и весь комплекс скрыт внутри довольно большого парка, который лежит между наружной стеной и стенами самого храма, и тем тоже похож на Та Пром.
Мы приближались к месту назначения - огромному и величественному центральному дворцу Ангкор Ват, обнесенному стеной полтора на полтора километра, а снаружи еще и настоящим озером: рвом шириной метров двести, по всему периметру стен. К восприятию этакого величия следовало приготовиться, потому для начала мы остановились в некотором отдалении от входа, купили у местных жителей (в киосках "для своих, рабочих") по бутылке водички и расположились на развалинах тропы, идущей вдоль берега (вероятно, когда-то устроенной для утренних пробежек). В киосках для своих цены считают в местной валюте, потому получаются они более чем малость пониже, чем у входа в храмы. Неподалеку купались и ловили рыбу местные дети; рыба ловилась в основном маленькая и очень маленькая. После некоторого времени медитативного умиротворения (тем временем солнце встало чуть ли не прямо над головой) пришла пора двинуться по широкому мосту, прямо в сердце империи.
В притворе главного входа околачивается стайка молодых людей, и приходится потратить на них заклинание типа "We don't need a guide, thank you". Что интересно, после его произнесения более никто к нам с предложением своих услуг не пристает, хотя бродячих гидов хватает везде: они на каждом углу каждого поворота. Телепатия и мобильная связь творят чудеса, однако.
Длинная и широкая, поднятая над окружающим парком, прямая и ровная дорога, огороженная с обеих сторон резной балюстрадой, ведет путника, гражданина великой страны, к вратам Администрации Президента, великого и ужасного Приказов и Коллегий, управляющих делами страны, простершейся от земли до неба. Ощущение себя как песчинки в жерновах административной машины как поселилось на дороге ко входу, так и не покидало нас до самого конца похода.
Главный вход - в зеленой сетке "реставрации". Плохо для памятника, хорошо для страны. По стенам портиков, где простому народу полагается стоять и ждать, пока их прошения рассмотрят, располагается уймища барельефов на батальные темы (западный фасад), галерея портретов руководителей партии и правительства, сцены мирного строительства (восточный фасад), картины рая и ада "по понятиям", исторические и божественные сцены начала времен (северный), и опять же баталии (южный). Кто в этих баталиях и с кем дрался - неподготовленному человеку довольно сложно понять. А вот "исторические и божественные сцены", а именно пахтанье океана, как раз проходили "восстановление", бетонные барельефы, приклеенные к стенам, прижаты еще матрасиками и лесами. Будет скоро еще одно место, где можно трогать стены, испытывая священный трепет прикосновения к бездне времен.
На каждом углу каждого изгиба любой галереи располагаются изображения апсар, да не поодиночке, а группами - может, и вправду небесные танцовщицы, а может, секретарши, телефонистки и клерки администрации - кто-то же должен заботиться о том, чтоб дела были в порядке, кофе всегда свежий, а посетители не докучали. Девушки на барельефах и верно - удивительной красоты, и живые кхмерские девушки также красивее всех из всех прочих соседних держав. И еще у многих из них в руках микрофоны, гарнитуры, и другие атрибуты активной жизненной позиции и высокотехнологичного мира, интерпретируемые восстановителями и комментаторами всякий раз иначе.
У главных ворот на ступенях сидят мальчишки в оранжевом монашеском прикиде, - одеяние буддийского монаха очень красиво смотрится на бурых ступенях, как и на зеленой траве. Неподалеку стайка девушек в одеждах павлинов и апсар готовится к выступлению в шоу. Мы не стали смущать их съемками из-за кулис, и покинули большой Ангкор тем же путем, что и пришли.
Затем на придорожном рыночке (в городе их отчего-то нету) купились любимые драгонфрукты, мы попрощались с водителем, пообедали в самой что ни на есть простецкой забегаловке (а еду подавали очень вкусную, лучше чем в кафе при гостинице или модных ресторанчиках), и побежали оттуда под знакомую крышу босиком, ибо начался дождь. Далее заботились о дне завтрашнем и ужинали фруктами. Дождь с грозой все еще не располагает к прогулкам, тем более что улицы превратились моментально в лужи глубиной по щиколотку, а в темноте прогулки по такой местности чреваты тотальным вымоканием от вездесущих байкеров.
